Главная » 2016 » Октябрь » 10 » Витька
13:32
Витька

- Знаешь, Димка, какая мне в голову мысля пришла, только ты не ругайся, ладно? Интересно, у нас на ипподроме есть кто-нибудь по теме?

Мы с Димкой работали на дорожке - он гнедого Поворота, я - красавицу Комету. Шли мы неширокой рысью под седлом и успевали между делом отрывисто болтать. И хоть и Димка был младше меня, но на ипподроме занимался куда как большего моего и был досконально знаком со всеми тонкостями ипподромской жизни. Я его знал довольно недавно. Нет, в принципе здесь - в конюшне я с ним неоднократно встречался, но особо приятельских отношений между нами не было. Так, "привет-привет", вот и весь разговор. Ну а когда я совершенно случайно увидел его в профильном ночном клубе, отношения наши приняли другой характер. Помню, Димка тогда страшно удивился и сильно смутился. Еще бы! Ведь о нем, так же как и обо мне, никто ничего не догадывался, а тут такое. Но, тем не менее, мы быстро нашли с ним общий язык, он оправился от первоначального смущения, и вскоре мы с ним стали закадычными друзьями. Вот как бывает - сошлись на почве одинаковых интересов.

Димка был кандидатом в мастера, подавал, по словам тренеров, большие надежды, но его природная леность мешала ему выступать, как минимум, на республике. Его, впрочем, это ничуть не волновало, и занимался конным спортом он исключительно в свое удовольствие. Я - другое дело. К спортивным достижениям я стремился, стремился отчаянно, но ничего-то у меня и не выходило. И дальше первого разряда я не продвинулся. Вскорости поняв, что ничего мне в этом спорте не светит, я устроился в рысистую конюшню, где работали уже профессионалы, сначала конюхом, а спустя некоторое время стал и помощником наездника. С Димкой мы продолжали дружить, хотя и находились с ним в разных конюшнях. Он - на верховой, я - на рысистой. И работать с ним бок-о-бок наших лошадей получалось у нас нечасто, поэтому таким моментам мы оба были несказанно рады.

Вот и сейчас - работая наших лошадок, мы успевали между делом обсудить всех и все.

-Ха! - усмехнулся Димка. - Есть, как не быть. Причем, рядом с тобой работает.

-Кто? - я от неожиданности натянул поводья. Комета неспешно перешла на шаг. Поворот недовольно покосился на нее и тоже попытался сойти с рыси. Но Димка поддал ему шенкелей, и полуобернувшись ко мне, отрывисто бросил:

-Чего сбился-то! Вперед!

-Кто это, Дим? - я выровнял рысь, и мы опять пошли рядом.

-Кто, кто? - передразнил он меня. - А ты подумай, неужто сам не догадаешься.

-Ну Никодимыч - тот отпадает, он уже полвека здесь, - я неторопливо, вслух начал перечислять работников нашей конюшни. - Колян Бычков женат. Танька с Юлькой - само собой.....

-А что, по-твоему, женатый "нашим" быть не может? - Димка усмехнулся.

-Да ну, ты, брось! - уверенно сказал я. - Хотя....Это было бы здорово, если так. Колян-то симпотный, чертяка! Что, правда он?

-Ты дальше давай перечисляй, думай-думай!

-А кто еще остался? Мишка-ветеринар да Беленко Витек.

-Ну?

-Что, кто-то из них?

Вместо ответа Димка слегка натянул поводья, и легонько похлопав Поворота по шее, свернул налево.

-Пошли, Погон, в круг, пусть отдохнут немного.

-Да моя-то не устала. Никодимыч увидит, опять орать начнет, что не доработал Комету.

-Ниче-ниче, мы только там срежем чуток, а дальше опять рысить будем.

-Ну давай, - и я вслед за Димкой свернул внутрь бегового круга на поросшее веселой зеленой травкой место.

Тут мы уже пошли шагом. Димка, достав из внутреннего кармана щегольской курточки сигарету, не спеша, с наслаждением ее закурил и только после этого повернул разгоряченное лицо ко мне.

-Ну что, тетеря, так и не догадался? - и не дожидаясь ответа, продолжил. - Да Беляк ваш на зоне же сидел.

-Ну и что? - тупо спросил я.

-Вот бестолочь! А то, что там он известными делами занимался. Понял теперь?

-Это Витька-то?

Я не верил своим ушам. Чтобы Витька Беленко - да был на зоне опущенным, нет - это было выше моего понимания. Нормальный шустрый пацан, чуть старше меня. Постоянно липнет к девкам, постоянно с ними шуры-муры разводит. Кажется, не женатый....Вот, пожалуй, и все, что я знал о нем. И как-то это совершенно не стыковалось с тем, что рассказал мне Димка.

-Он знаешь за что сел? - продолжал меж тем Димон.

-За кражу. Он мне рассказывал.

-За хуяжу! - Димка щелчком выкинул сигарету. - За изнасилование не хочешь?

-Слушай, а ты-то откуда об этом знаешь? - я подозрительно покосился на него.

-Знаю-знаю.... - озабоченно проговорил Димка, оглядываясь назад. - Все, хватит с этим базаром. Завязали на сегодня. Вон, Прохор к нам на своей каличной кобыле движется. Ты, Погончик сегодня не дежуришь?

-Ну, я сегодня в ночь, - сказал я, оглядываясь в том направлении, куда показал мне Димка. К нам действительно неширокой рысью приближался Димкин одноклубник Лешка Прохоров, надо отметить, очень приятный пацаненок. Я на него постоянно заглядывался, ну да это к делу не относится.

-Вот и хорошо. Я тоже сегодня допоздна здесь. Вечерком забегу к тебе. Там и погутарим. А сейчас - давай, дуй на круг, а я к Прохору поеду.

-Слушай, Дим? А Прохор ваш - не "наш" случайно? - спросил я уже в спину Димки.

-Ну нет, ты, блин, не исправим! Какой он наш, какой наш? Ты думай, что говоришь! - он обернулся, и глаза его озорно блеснули. - Давай беги на круг, горе! Вон, твой Никодимыч из конюшни выезжает на Барбусе. Щас тебя как увидит... - и он, не договорив, легонько пришпорил Поворота и легкой рысью устремился навстречу Прохору.

Я посмотрел в сторону нашего отделения. Действительно, из выкрашенных ярко-зеленой краской ворот не торопясь выезжал Никодимыч на вороном Барбусе. Я в который раз подивился Димкиному умению все подмечать и видеть с лёта, и подобрав повод, направил Комету на круг....

Кроме того, что я числился на должности третьего помощника наездника, я еще и оставался раз в три дня по ночам. Подрабатывал ночным конюхом. "Миллионы хочешь заработать", - шутил Колян Бычков. Я лишь весело отшучивался. Было лето. Делать в городе было нечего совсем, и я, получилось так, что все свое свободное время проводил на конюшне, работая там днями и ночами.

Вот и сегодня, после пяти часов, когда все разойдутся по домам, мне предстояло ночевать в конюшне. Естественно, покормить лошадей, навести относительный порядок, и можно было делать что угодно до наступления утра. Утром напоить-накормить еще раз и ждать появления начальства. Чтобы начиная с утра, работать поочередно лошадей. А после обеда - чистка, ковка и уборка. Вообщем, такой вот распорядок.

Отработав сколько надо Комету, я, неторопливым шагом приближался к конюшне. Естественно, мысли мои крутились вокруг да около рассказанного мне Димкой. Оказывается Витька, этого общительного привлекательного пацана использовала вся зона.... Ну и ну! Да откуда же Димка об этом узнал? Да и вообще, не врет ли он? Может, просто разыгрывает? Как бы то не было, вечером он мне все расскажет. А пока я решил присмотреться к Витьке повнимательней.

А вот и он - собственной персоной. Стоит у дверей конюшни и о чем-то непринужденно треплется с нашим конюхом Юлькой. Та заливисто хохочет. Витька пытается ее шутливо обнять. Она также шутливо тычет его в грудь, но обнять все-таки позволяет. Он ее хлопает чуть пониже спины. Она лупит его по шее - вообщем обычная ситуация, на которую я в другое время не обратил бы и внимания. Но сейчас я во все глаза уставился на Витьку, не заботясь о его реакции.

-Ну что, Погон, отработал Комету? А Никодимыч ворчал на тебя, когда увидел, что ты в кругу шагаешь с Димкой - верховиком.

-Что он сказал? - спросил я, соскакивая у ворот.

-Сказал, что ты балбес, и что твое место - тачки с навозом таскать.

Юлька прыснула в кулак и поспешно скрылась в прохладной глубине конюшни. Сам же Витька смотрел на меня наивными васильковыми глазами без тени улыбки. Знал бы я его первый день, я, возможно, поверил в эту лабуду, а так....

-Врешь же все, Витек! По твоим блядским глазам вижу!

Это был пробный шарик. В любое другое время я бы никогда не употребил эпитет "блядский". Витька же удивленно хмыкнул:

-Чего это они блядские вдруг стали? И чей-то ты на меня так смотришь, Погон?

-Как так?

-Пронзительно.

-Я так не умею. А смотрю - потому как пытаюсь раскусить тебя, - я сделал намеренную паузу, в течение которой не сводил глаз с Витькиного лица. - Врешь ты или нет.

-Зуб на мясо, Погон! Так и сказал! - Витька шутовски перекрестился.

-Крест на пузо! - в тон ему продолжил я. - Ведь врешь же! Не мог Никодимыч на меня такое сказать.

Витек не успел мне ответить. Из проема конюшни выехал в качалке Колян Бычков.

-Посторонись! - зычно крикнул он. А выехав, обернулся ко мне.

-Чего Комету не заводишь? Давай, поторопись Погон! Тебе еще Гамму махать сегодня. И ты, Витька, давай Енисея запрягай! - и присвистнув на своего гнедого Револьвера, он устремился к дорожке....

Остаток дня прошел как обычно. За исключением того, что я исподволь присматривался к Витьке. Ну и ничего, разумеется, в его поведении не обнаружил. Такой же, как и всегда. Я стал вспоминать, как с ним познакомился, как он себя ведет в компании. Тоже все как обычно. За исключением того, что выпить Витек любит по страшному, как говорится - хлебом ни корми - дай за стопку подержаться. И когда дойдет до кондиции, его, бывает, прорывает на скупую мужскую слезу. В том смысле, что он любит поплакаться на свою горькую судьбинушку. И не кому угодно, а именно мужику. Вот и все подозрительное в его поведении. Больше, как я не тщетился, вспомнить не мог.

"А, вообщем, мне какая разница? - поймал я себя на мысли. - Я что с ним, шуры-муры, любовь-морковь разводить собрался? Я что, его в постель тащить буду? Нет. Так зачем мне это надо? - и сам же себе ответил. - А надо тебе, дорогой мой, потому как тебе приятнее осознавать, что рядом с тобой есть еще один человек, чьи интересы лежат в совсем другой плоскости, чем у большинства. И что потом? Что ты его крутить на что-то собрался? Да нет, вроде....Крутить я его не буду....Тем более, ты забыл одну вещь, Погончик! Вещь немаловажную. Может что-то у Витька и было на зоне. Но это "что-то" было, наверняка против его воли...так в основном и бывает...и, значит, сейчас он старается забыть об этом. Ведь он, скорее всего обычный натурал, которых вагон и маленькая тележка! Тем более, если сел за изнасилование....Значит....Что получается? А ничего и не получается!"

Так примерно я рассуждал, работая на дорожке светло-серую Гамму. Что не надо мне лезть к Витьке! И вообще, надо дождаться Димкиного прихода. Пусть расскажет что о нем знает....А там и видно будет.

Часам к семи, когда я, оставшись один, уже начинал прибираться в конюшне, завалился Димка. Глазенки его поблескивали.

-Ну что, Погон! Ты уже начал? - он дохнул на меня свежаком.

-Не иначе как накатил уже, сволочь! - я набирал в ведра воду.

-И накатил и тебе принес, - на этих словах он достал из-за пояса ополовиненную бутылку самогона.

-Мне еще в двух конюшнях убираться! - запротестовал я.

-А я тебе помогу, а потом вместе и посидим. Лады?

-Где самогон-то взял? - вместо ответа спросил я. - Поди, опять у цыган на овес выменял?

-А то где же еще? - и Димка рьяно принялся помогать мне.

Через час с небольшим, в течение которых мы с Димкой перебросились едва ли парой-тройкой фраз, лошади были закормлены и по конюшне стоял тихий шорох поедаемого сена. Быстро подметя пол, я зашел в каптерку, где Димка уже рыскал в поисках стаканов.

-Что у вас на отделении все стаканы в каком-то говне? - обернулся он недовольно ко мне.

-Это не говно, дурень, а камфара. Знать надо!

-Вот я и говорю....Зачем ее в стаканы-то наливать?

-А это твой Витька так лошадям плечи натирает. Сначала в стакан, а потом в ладошку.

-Хм...мой....Ну ты сказал! - Димка наконец-то разыскал чистую посуду, и откупорив бутылку, плеснул едва на донышко стакана.

-Это мне. Мне много не надо - уже хорош. А это - тебе, - и он щедро набулькал полстакана самогона.

-Чё, сдурел? Я столько без закуски не осилю, - я отодвинул стакан обратно. - А что касается Витьки, так сам же про него начал рассказывать. Так что, колись дальше. Как про него узнал?

Димка проигнорировал мой вопрос. А вместо этого открыл хлебницу и протянул мне сочный помидор.

-На вот, закусишь. У вас тут надыбал. Давай выпьем и расскажу.

Я опрокинул в рот теплое пойло без особой охоты. Против ожидания самогон оказался совсем не противный. Цыгане знали Димку, как своего постоянного клиента, который периодически таскал им овес и что касаемо самогона, фуфло ему не гнали. Что не скажешь про всех остальных их клиентов. Так как овес цыганам несли все кому не лень. Это за воровство никогда и не считалось, тем более, овса на ипподроме было как грязи на селе. Но вот, почему-то Димке цыгане всегда продавали хороший качественный продукт. Я всегда собирался спросить у него, почему к нему такое предпочтение, но постоянно забывал об этом. Вот и сейчас, закусив помидоркой, я открыл было рот, чтоб наконец спросить об этой "тайне", но Димка мне не дал.

-Ну, короче о Витьке... - я весь превратился в слух. - Я тоже раньше думал, что он за кражу сидел. До начала июня так думал. А помнишь, я тогда у себя на конюшне ночным подрабатывал? Так вот, тогда, после бегов, в воскресенье, собралась нас толпа, отметить это дело. Ну и сидим мы за Нинкиным отделением. Выпиваем. И Витька с нами. Вдруг смотрим, к конюшне джипарь какой-то подъезжает. Все понятное дело, рты пооткрывали, не так уж и часто у нас такую тачку увидишь. Выходят оттуда два мужика. Черепа - как бильярдные шары. И прямиком к нам. Витька как увидел их, так его перекосило бедненького. Вскочил он - и к ним навстречу. Сам. Мы понятное дело, сидим, смотрим. Встретились они на полпути. Витька им руку тянет, а они словно не замечают ее. Махнули только головой по направлению к машине, и ушли к ней втроем. Ну мы так пролялякали про него, мол, какие крутые дружки у нашего Витьки, не иначе, как на зоне вместе сидели. А Живик и говорит: "Тут что-то не так, видите, они с ним даже не поздоровались". Ну, суть да дело - мы дальше пить стали, уже и о Витьке забыли. Смотрим, появляется. Белее мела парень. Подошел, ни слова не говоря, навернул стаканяку и стал домой собираться. Мы, понятное дело, к нему - мол, расскажи кто такие, что почем? А он только отмахнулся. Сказал лишь, что это дружки его старые - и все. Вот такая история.

-Ну и? - спросил я после продолжительного молчания.

-Чего? - Димка поднял на меня свои глаза.

-Ну а дальше-то?

-Дальше не интересно. Короче, деньги они с него требовали. За молчание. За то, что никто у него на работе не узнает, как его на зоне использовали, - просто ответил мне Димка, разливая самогон.

-От, блин! Ну а ты-то, ты, откуда об этом узнал? От него что ли?

-Ну а если и так? - Димка поднял свой стакан, и сквозь мутное стекло хитро посмотрел на меня.

-Ну вот, врешь же, Дима! Врешь!

-Вру, - просто согласился он. - Пей, я тебе дальше расскажу.

Я послушно выпил и уставился на Димку в ожидании продолжения. А он словно не спешил. Не торопясь, подкурил сигарету, затянулся, с наслаждением выпустил аккуратные колечки дыма под потолок и только после этого продолжил:

-Мне Ромка рассказал про это.

-Кто такой Ромка? - спросил я недоуменно.

-Цыганенок. Антонов сынок. Того, кто мне самогон на овес меняет.

-Чего это он так с тобой разоткровенничался? - подозрительно спросил я.

-Ну ты уж прям многое знать хочешь, Погончик. Это не важно. Просто те мужики Антона-цыгана знают. У них с ним дела какие-то.... Они после этого приезжали к нему. Коньяк пили на кухне. Вот прикинь, Погон! Мне какую-то бурду продает, говорит, что водки тыщу лет уже в глаза не видел. А каких-то зондеров коньяком поит! - Димка неожиданно оживился, глаза его заполыхали гневным негодованием. Не дать, ни взять - благородный Юпитер в гневе!

-Ты давай, не увиливай, рассказывай дальше - я попытался направить его рассказ в нужное русло.

-А я о чем и говорю, коньяк, сволочь, не хочет мне продавать! Не цыган, а жид какой-то....Все-все, продолжаю, - Димка посмотрел на меня, готового рассердиться и хитро улыбнулся. - Короче, Ромка этот разговор их подслушал, эти мужики и рассказали Антону всю подноготную о Витьке, и чего они от него хотят.

-И сколько же они хотят? - заинтересованно спросил я.

-Не хотят, а хотели....Так как Витька уже заплатил им, - и Димка назвал мне сумму.

Я удивленно присвистнул.

-Где ж он деньги-то такие взял?

-Где? А ты не знаешь?

-Бля буду, откуда мне? - удивился я.

-А сено у вас все на месте? А овес?

-Слу-у-ушай... - протянул я, прищурившись и припоминая некоторые обстоятельства. - Никодимыч недели две назад бурчал, что три рулона сена куда-то испарились. И сено-то хорошее - чистая люцерна.

-Ну вот ты и понял! - пропел Димка. - Он же его опять-таки Антону загнал. Тот с ним рассчитался. А он деньги - этим бритоголовым. Чуешь, какая цепочка!

-Да вообщем-то мне плевать, Димка, на эту цепочку. Мне другое интересно. Как он до такого опустился на зоне?

-Ты вспомни, за что он сидел? Там таких не жалуют.

-Хочешь сказать, против его воли?

-Ну этого я не знаю....Может, и против, а, может, и с согласия....Сам же знаешь, как натуралам это нравится....А поначалу благородных целок из себя строят...

-Так-то оно, так, - раздумчиво протянул я. - Но все-таки там немного другие условия.

Димка лишь пожал плечами и разлил в стаканы остатки самогона.

-Ты смотри, Погон, никому не проболтайся! - погрозил он мне пальцем. - Ни мне, ни тебе, я полагаю, лишние неприятности не нужны. Так?

Я машинально кивнул головой и опрокинул в себя содержимое стакана.

-Насколько я тебя знаю, ты будешь пытаться подбить к нему клинья. Вот этого-то делать и не надо, - неожиданно серьезно сказал Димка. - Не забывай, что все это с ним происходило на зоне, и, процентов восемьдесят - что без его на то согласия. Усек?

-Да нужен он мне, Димка! Хоть и ничего пацан, но не буду! Точняк! Лучше вот к твоему Прохору клинья подбить!

-Ха! К нему-то?! Бей на здоровье! Только лоб, смотри, не расшиби! От нашел же к кому - к Прохору!!! - как бы в сторону сказал Димка. - Да он же зачуханистый какой-то...

-Зато беленький и крепенький, как раз то, что мне надо....

-Тебе хрен угодишь, привередливый ты наш, - вздохнул Димка и выразительно посмотрел на бутылку. - Тогда, в клубе нашел же тебе белобрысого, так нет же - "толстый, вертлявый, зубов нет", - гнусаво передразнил меня Димка.

-А что поделаешь, если у него правда зубов не было, - рассмеялся я.

-Так это же самое то, когда зубов нет. Кстати, на зоне у таких вот, как Витька их специально выбивают....Чтоб сосал без всяких...

Я сразу вспомнил, что у Витьки полный рот вставных зубов с позолоченным напылением. А Димка меж тем продолжал:

-Короче, ладно, засиделся я с тобой. Хотел вначале еще за бутылкой сгонять, а сейчас думаю - хрен с ней! Мне завтра на занятия надо. Так что пошел я. Бывай! - и он протянул мне руку.

Уже в дверях конюшни он полуобернулся ко мне и неожиданно тверезым и серьезным голосом сказал:

-То, что я тебе говорил, Погон, это не шутка. Так что смотри!

-Не ссы! - напутствовал я его, закрывая дверь.

Сам же прошел в опустевшую каптерку, и закурив Никодимычевскую "Беломорину", стал по новой переживать только что произошедший разговор. То, что рассказал мне Димка, было для меня, безусловно, интересно. И Витька, и такой неожиданный шантаж со стороны его зоновских дружков. Почему-то подумалось, что окажись я на месте Витька, сразу же бы уволился с конюшни и подался бы, куда глаза глядят - на Север куда-нибудь, на вахту. Лишь бы подальше от всего этого. Но, видимо, у Витьки были на это другие планы. Во всяком случае, внешне он остался таким как прежде - веселым неунывающим бабником, не пропускающим мимо себя ни одной юбки. "Интересно, ведь он раз заплатил уже. Отстали ли они от него или нет?" Оказывается, не отстали. В этом я убедился собственными глазами спустя какую-то неделю.

В тот день я опять остался дежурить в ночь. Время подходило к пяти, и работники конюшни начали постепенно расходится. Первым, словно что-то чувствуя, смотался Витек. Он вообще ушел чуть ли не в четыре часа, сославшись на больную мать. И ровно в пять на отделении остались только я и Никодимыч, который не торопясь попыхивал в каптерке "Беломором". Я вышел на улицу с намерением закрыть наши ярко-зеленые ворота, как тут увидел их.... То что это они, у меня не вызывало сомнений и сердце сразу екнуло, хотя бояться мне было совсем нечего. Массивный темно-бордовый джип уверенно подрулил к конюшне и остановился в каких-то трех метрах от меня. Я стоял как загипнотизированный, и не двигаясь, смотрел на машину. Вот дверца со стороны пассажира открылась и из джипаря потягиваясь вышел первый. "В точь-точь, как Димка описывал, - мелькнула в голове мысль. - Головы точно, как бильярдные шары". А сам же, опершись на метелку, приготовился ждать. То, что они по Витькину душу - это было ясно.

-Эй, малец, - окликнул меня первый, хотя мальцом меня назвать можно было с большой натяжкой. - Беленко здесь?

-Нет, - я покачал головой.

-Что, уже ушел? - спросил он с ноткой сомнения в голосе и сверкнул золотым зубом.

Со стороны водителя между тем вышел и второй, похожий на первого, как две капли воды. Только у него в вороте распахнутой белой рубашки висела витая золотая цепочка, наверное, с мой палец толщиной. Несмотря на такую кажущуюся вроде солидность, обоим было, на мой взгляд, чуть больше тридцати, ну, может, около этого.

-Так время-то уже - пять. Что ему здесь делать? - ответил я и выжал из себя улыбку.

-И давно?

-Да с полчаса.

Второй с сомнением посмотрел на меня и мотнул первому головой.

-Поехали.

А первый опять сверкнув золотым зубом, обратился ко мне.

-Передай ему, чтоб завтра нас дождался, - он непривычно для моего слуха растягивал слова.

-А когда вы завтра приедете? Что ему сказать? - набрался наглости я.

-Когда захотим, - отрезал тот. Дверка хлопнула. Машина, заурчав, развернулась и медленно покатила к выходу из ипподрома.

Я проводил ее взглядом и пошел внутрь конюшни. "Значит, не отстали они от него. Значит, будут еще тянуть. Вот, блин, у Витьки же за душой ни гроша нет. Что они к нему привязались? Не уж-то каких-нибудь там денежных лохов найти не могут? Хм-м, а Витька....Вот завтра он испугается, когда скажу ему". Я отчетливо представил, как и без того узкое продолговатое лицо его вытянется еще больше, а васильковые глаза беспокойно забегают. И странно.... Почему-то особой жалости к нему не было. Был лишь нездоровый интерес - как он из этой ситуации выпутается, как переживет ее.

Из каптерки кряхтя вышел Никодимыч.

-Ты.... эта.... сено в загашнике не бери сегодня.... Бери с улицы...эта.... ага...

-А что так, Никодимыч? Там сено хреновое, - я в недоумении посмотрел на него.

-Ну.... ага вот.... поэтому и бери там. - Больше он не удостоил меня своим вниманием и поковылял к выходу. Я закрыл за ним дверь, и остаток вечера провел как обычно.

Утром Витька немного задержался и залетел в каптерку запыхавшийся, но улыбающийся. Никодимыч в это время работал свою любимую кобылу Княгиню, а Колян уже готовился к выезду. Так что в каптерке был я один. Танька с Юлькой помогали Коляну.

-Че Погон, как ночь прошла? - спросил Витька, бросая свою сумку на полку.

-А что такое? - вопросом на вопрос ответил я. - Как обычно....

-Овес-то цыганам не загонял вчера? - спросил он, стоя ко мне спиной и стягивая через голову майку.

От его такой наглости я немного опешил.

-Чего городишь-то? Я наш овес на самогон не меняю, - обиженно ответил я.

-А чей меняешь? - смеясь, спросил он, разуваясь и расстегивая джинсы.

-Пошел ты.... - коротко послал его я. - Я тебе другое хочу сказать.

Витька довольно загоготал.

-Гутарь, если хорошее....

-К тебе вчера твои дружки приезжали.... На джипе, - сказал я через паузу.

Витек в это время стоял ко мне спиной, копаясь в шкафу с рабочей одеждой. И как только я заикнулся про джип, он на секунду замер. Худые лопатки его нервно вздрогнули. "До чего ж он худенький", - подумал я некстати, глядя на него со спины. На его узкую спину, плоский зад, едва прикрытый плавками, тонкие безволосые ноги.

Ну да надо отдать ему должное - замер и вздрогнул он лишь на мгновение. А потом, все так же, не оборачиваясь, нашел свою рабочую рубашку и штаны, не торопливо повернулся ко мне и только после этого спросил:

-Да? Ну и что дальше?

Я пожал плечами.

-Ничего.

-А что ты им сказал?

-Что ты ушел.

-А они?

-А они сказали, чтобы ты их дождался сегодня обязательно, - медленно проговорил я, глядя Витьке в глаза.

Он недолго выдержал мой взгляд и опять повернулся ко мне спиной, застегивая штаны.

-А когда будут, не говорили? - как-то тускло спросил он.

-Сказали, когда захотим, тогда и будем, - я буравил взглядом его затылок.

-Ты вот что, Погон, - он повернулся ко мне и прищурясь, посмотрел прямо в глаза. - Ты ни кому не говорил, что мне сейчас передал?

Я отрицательно покачал головой.

-И не говори, ладно? Я тут сам с ними разберусь, - он помолчал. - А то повадились ездить тут, - как-то фальшиво закончил он, отводя взгляд в сторону.

-А чего они пристали к тебе, Витька? Чего хотят? - я прикинулся простачком.

-Да понимаешь, это зоновские мои дружки. Недавно откинулись. А вот сейчас нашли меня и тянут назад.... А я не хочу.... А они все ездят и ездят. Упрашивают все.

От его слов настолько разило фальшью, что и Витька сам, наверное, это почувствовал, так как, говоря это, он старательно избегал меня взглядом, а закончив, суетливо схватил уздечку и вышел из каптерки. В дверях все же он обернулся и полуутвердительно, полувопросительно сказал:

-Ну мы с тобой договорились.... Да?

Я только махнул ему рукой, и взяв свою уздечку, медленно вышел вслед за ним....

"Интересно будет мне дождаться его приятелей сегодня, - размышлял я, работая на дорожке. - Посмотреть на Витькину реакцию, на его состояние после этого". Но время близилось к вечеру, а знакомой машины все не было. Вот и пять часов. Все начинают переодеваться и потихоньку расходиться. Я наблюдал за Витькой. Тот заканчивать свой рабочий день будто и не думал. Пол пятого он затеял ковку Енисея, чем немало удивил Никодимыча и Коляна и рассмешил Юльку.

-Ты чего, Витька? Горит, что ли Енисея ковать? Завтра бы и сделал, - пробурчал Никодимыч, попыхивая неизменным "Беломором".

-Да ты что, Никодимыч, не видишь, человек разработался, - потешалась Юлька. - Витенька, может, ты мне еще пару-тройку денников почистишь? А?

-Уйди, оторва! - отмахнулся Витька. - А то сейчас как влеплю леща горячего под зад, будешь знать.

-Ой-ой-ой, испугалась. У тебя еще влеплялка не доросла, - кривлялась Юлька. Танька вторила ей.

Но как бы то не было, постепенно все разошлись. В конюшне остались только я, Витька и ночной конюх - маленькая шустрая девчонка по прозвищу Белка. Собственно, делать мне было нечего, задерживаться тут дальше не имело смысла. Я в последний раз вышел за ворота и посмотрел на дорогу. Никого не было. "Бедный, - подумал я тогда. - Это ж сколько ему ждать еще придется. А если они совсем поздно приедут?".

-А ты чего домой не идешь? - спросил он меня, когда я зашел внутрь.

Я пожал плечами.

-Пошел уже.

И так оставаться здесь дальше означало только вызывать Витькино подозрение, я, закинув сумку на плечо, и попрощавшись с ними, отбыл домой.

На утро первым моим вопросом к Витьке, когда мы остались одни, было:

-Ну что, Витек, приезжали твои корефаны вчера?

Он недовольно поморщился и словно нехотя ответил:

-Да я их что, до утра ждать буду что ли? Подковал Енисея и через полчаса после тебя ушел.

"Ну-ну, - подумал я про себя. - Через полчаса.... Нет, пожалуй, ты здесь допоздна сидел. Надо будет спросить у Белки, когда он ушел". Но сама Белка уже убежала, и я даже ее утром не увидел. Чувствовал я себя тогда заправским следопытом, распутывающим сложный клубок. "Хотя, зачем мне это надо? - в очередной раз подумал я. - Раскусить Витьку? Заставить его признаться? Ну а дальше? Сказать ему - а я тоже такой, мне тоже нравятся мужики....Тьфу ты, чушь какая. Да он даст мне в ухо и весь сказ на этом".

Но в ухо он мне не дал.... Он мне пытался раскроить черепок молотком. А после этого.... Короче, все произошло так быстро и стремительно, что я даже сейчас, по прошествию многих лет, вспоминаю те события так ясно и отчетливо, как будто это было вчера....

Прошло еще недели две. Все было как обычно, за исключением того, что в соседней конюшне пропало три рулона сена, хранящегося на улице. Я прекрасно осознавал чьих это рук дело, да и Димка, узнав об этом, усмехнулся и сказал:

-Ха.... не отстали, видать, дружки от вашего Витьки. Ишь, как доят его. Так скоро и лошади пропадать начнут.

Витька вел себя как обычно, вот только веселости в нем немного поубавилось, да и напиваться после работы он стал чаще, чем обычно.


-Погон! Помоги мне! Этот меня изнасиловать хотел! Убери его от меня! Пожалуйста!

Естественно, даму надо было защитить, уж так все воспитаны, поэтому я, отстранив ее от себя, спокойно сказал:

-Иди, умывайся и приводи себя в порядок. Я здесь сам разберусь.

-Ага, - она шмыгнула носом и быстро засеменила к бочке с водой. - А, может, милицию вызвать? Я мигом.

-Не надо. Без нее разберемся, - ответил я повернувшись к ней спиной и наблюдая за Витькой.

-Какая милиция? Ты че, курва, сдурела? - Витька услыхал последние ее слова и ринулся к выходу.

Я преградил ему дорогу. Он, словно только что заметил меня, с размаху наткнулся и остановился как вкопанный.

-А-а-а, Погон.... А ты че тут делаешь? - пьяно проговорил он. - Пусти, я этой шалаве сейчас пасть порву!

-Ничего ты никому не порвешь, - спокойно ответил я. - Сядь, посиди, охолонись.

-Че-е-его? - презрительно протянул он. - Сопляк! А ну уйди!

Я легонько толкнул его в грудь. Он попятился.

-Говорю тебе, Витька, уймись. Придумал чего.

-Пошел на .... Последний раз говорю, пиздуй отсюда. Иначе пожалеешь.

-Ты сейчас договоришься, Витя.... Рассердишь меня, - я старался говорить спокойно, хотя коленки у меня подрагивали. Еще бы. Витька был старше меня лет на шесть. Все-таки - разница, как-никак.

Я быстро обернулся и посмотрел на Белку. Она зажалась в угол, там, где у нас были бочки с водой, и испуганно смотрела на нас. Когда я вновь обернулся к Витьке, тот нашаривал рукою в ящике с инструментами, не сводя с меня глаз. Тут я испугался по-настоящему, так как в руке у него оказались железные клещи на длинной ручке. Он сделал шаг ко мне.

-Ну? - спросил он грубо.

Конечно, в любое другое время я бы благоразумно убежал от него. Но в этот раз за спиной была Белка. Нет, я не сколько боялся оставить ее на растерзание Витьки, если убегу, сколько того, что если я убегу, об этом завтра будет знать весь ипподром. О том, что я не смог защитить девичью честь. Вот, наверное, эта-то и мысль пригвоздила меня к полу. Отступать было нельзя.

-Сядь! - коротко сказал ему я и сделал шаг назад.

Дальше все произошло молниеносно. Витька замахнулся клещами.... Удар. Мой блок.... Дикая боль в руке. Клещи летят в сторону. Молоток.... Удар. Второй блок. Немного неудачно.... Молоток задел по плечу. Я, коротко размахнувшись, бью его снизу в челюсть.... Немеет плечо. Витька падает на лавку. Я сползаю по стене денника.... Отчаянный Белкин визг....

Все это заняло от силы двадцать секунд, а как будто целая вечность прошла. Держась рукой за плечо, я поднялся с корточек. Белка всхлипывала в своем углу. Витька, потирая челюсть, поднимался с лавки.

-Все равно у тебя ничего не выйдет сегодня, Витька, - сказал я ему устало, занимая свой пост в дверях.

Дальше и вовсе произошло неожиданное. Витька подбежал к столу и схватил граненый стакан. Я бросился ему навстречу. Но неожиданно раздалось его протяжное:

-А-а-а-а-а, суки вы все, - и с размаху.... держа стакан в руке.... об стол.

Кровь и стекло брызнули во все стороны. А он же, вмиг присмирев, опустился на лавку, и по-детски подвывая, стал слизывать кровь.

Когда первая оторопь у меня прошла, я быстро кликнул Белку и бросился к аптечке. Слава Богу, там было все необходимое. Бинт, марганцовка и йод. Белка, охая и ахая, сноровисто перевязала его.

-Может, скорую вызвать? - заикнулась она.

-Ты еще пожарных вызови, - ответил я ей. - Минуту назад милицию собиралась вызывать, сейчас скорую. Ты вот что, Белка. Давай по быстрому убирайся в конюшне и дуй домой. А я останусь. Время позднее. Домой ехать смысла нет. А ты недалеко живешь. Действуй!

Это решение пришло ко мне совершенно спонтанно. Остаться здесь. И не просто так, а с Витькой. Потому как было ясно, что никуда домой он сейчас уже не поедет. Тем более, ему и ехать надо было к черту на кулички, да и в его состоянии далеко бы он не уехал. Вот я и решил остаться здесь. С ним.... Это я сейчас так пишу, пытаясь оправдать свой тогдашний поступок, облечь его в слова. А объяснение всему этому было простое - я провоцировал ситуацию. Вот и все.

Белка испугано посмотрела на меня, и молча кивнув, побежала управляться.

-Дверь закрой, - успел крикнуть я ей напоследок.

Сам же уселся рядом с Витькой, который тупо смотрел куда-то в угол.

-Ну что, горе, получил? - как можно мягче спросил я. - Вот чего к ней полез-то? Своих баб тебе мало?

Только сейчас я заметил, что ширинка на Витькиных джинсах тоже расстегнута. "Основательно, однако, он решил с ней....", - подумалось мне тогда. Витька же не отвечал, по-прежнему глядя в угол.

-Ну, чего молчишь? - я приобнял его за плечи и легонько встряхнул.

Витька неожиданно всхлипнул и уткнулся мне в плечо. Плечи его задрожали.

-Ну-ну, чего ты так... - я немного растерялся, хотя такое состояние у Витьки было не редкое. Просто у меня на плече он не разу еще не плакал.

-Да задолбало все меня, Погон. Ты б только знал, как все надоело, - говорил он, всхлипывая. - Вот сегодня хотел как по-человечески с ней, а видишь, как вышло. Себя только покалечил.

-Нашел же с кем по-человечески, Витька, - я успокаивал его, гладя по голове. - Ведь про нее ничего такого не известно. Если бы давала, так об этом бы все знали. А она не из таких. Мало тебе одного изнасилования, сейчас бы второе пришили, - я добавил это машинально и тут же прикусил язык.

А Витька, еще по инерции пару раз всхлипнув, неожиданно замер и быстро поднял на меня свое лицо с покрасневшими глазами.

-Ты знаешь? - просто спросил он.

Отступать было некуда. Я кивнул. Он не стал спрашивать, откуда мне стало это известно, от кого я об этом узнал. Он только тихо сказало:

-Значит, все-таки сказали.... Теперь все знать будут, - и помолчав, как-то отстраненно добавил. - Завтра увольняться буду....

-Не, Витька, об этом только я знаю. И не боись, говорить я об этом никому не собираюсь, - горячо воскликнул я.

Он опять покачал головой.

-Все равно, увольняться буду. Терпеть это уже сил больше нет.

Я не знал, что ему ответить. Почему-то мысли витали в мозгу совсем не соответствующие серьезности момента. И от этих мыслей началось знакомое шевеление в штанах. Тем более и взгляд мой упирался в расстегнутую Витькину ширинку, туда, где бугрился небольшой холмик. Я по-прежнему обнимал его одной рукой за плечи, и он не делал попыток отстраниться. В коридоре гремела ведрами Белка. Я же почему-то отчетливо представил, как Витька нагибается к моим штанам и сосет мой член. Сосет так, как он это умеет. Так, как его научили на зоне. И все это происходит под этот шум в коридоре. Где за стенкой Белка, ничего не подозревающая Белка, кормит лошадей. Я представил это настолько отчетливо, и это новое ощущение, когда тебя могут застукать в любой момент, настолько сильно захватило меня, что я, не отдавая себе отчета, положил свою правую руку себе же на ширинку и стал не таясь массировать свою плоть. "Плевать, будет что будет! - помню, подумал я тогда. - Все равно он увольняться собрался. Да и я вообщем-то немного и теряю. Пока я ничего такого не делаю".

Витька заметил мое движение и немного отдвинулся от меня. Левая рука соскользнула с его плеча.

-Тебя-то чего так зацепило? - спросил он, усмехнувшись.

И я решился. Повернувшись к нему, краснея, как первоклассник, горячо заговорил:

-Вить, покажи, пожалуйста, как ты это умеешь. Покажи, а? Я никому-никому не скажу, честное слово. Просто это так необычно, так ново, - вдохновенно врал я. - Я просто от этого торчу....

Сказал и замер - как будто из огня да в полымя. Странно - но Витька ответил чуть медленнее, чем следовало. Ответил как-то равнодушно, отстраненно, как бы нехотя:

-Да пошел ты.... Тоже мне нашелся тут.... - Немного помолчал. - Лучше б самогона достал.

-Ну это как раз не проблема. Деньги есть у меня, сейчас Белку зашлем.

При имени Белки Витька болезненно скривился.

-И чегой-то на меня нашло сегодня.... Вот дурак.

-Не то слово, - я старался говорить нарочито бодро и весело, как будто не ныло у меня ушибленное плечо, как будто не было всего того, что произошло каких-то двадцать минут назад. Почему-то я был уверен, что Витька не воспринял эту мою такую внезапную просьбу в штыки. Да и вел он себя сейчас так, как будто сломлен уже человек, как будто все ему по барабану. И то, что о нем подумают. И то, кто об этом будет думать. И, главное, когда. Казалось, он не поверил, что о его этой тайне знаю только один я. Но как бы то не было, чувство у меня было такое, что Витька выполнит мою просьбу. Не сейчас, так позже, когда выпьет еще самогона, когда опьянеет еще больше. Ну а если дело стало только за этим, то это как раз и не проблема. Я выглянул в коридор. Белка катила по проходу тачку с овсом, останавливаясь около денников и отмеряя каждой лошади положенный гарнец. Увидев меня, она остановилась и вопросительно подняла брови.

-Слушай, Белочка! Сгоняй за пузырем. Пожалуйста! А то Витьке в себя придти надо. А я тут за тебя закончу. А?

-Как он там? - вместо ответа спросила она.

-Хреново. Помирает, выпить просит, - улыбнулся я.

-А рука?

-А-а-а, нашла о чем сожалеть.... Там рана-то неглубокая.... Ну что, сходишь?

-Давай деньги, - Белка подошла ко мне.

Когда она ушла, я принялся неторопливо продолжать закормку лошадей. Витька вышел из каптерки и привалившись к стенке наблюдал за мной. Как я успел заметить, себя в порядок он привел. Застегнул рубашку и штаны и сейчас стоял, держа перевязанную руку на весу.

-Сходи, умойся, Вить, - сказал я ему, искоса глянув на него. - Вон, лицо все перепачкано.

Он молча сходил умылся, также в молчании вернулся и встал напротив меня, разглядывая меня в упор. Признаться, мне стало немного не по себе - уж больно тяжелый взгляд был у Витьки. Я старался не обращать на него внимание, а молча делал свое дело.

-Ну что, давай Погон, колись. Откуда обо мне известно стало, - наконец нарушил тишину он. Сказано это было немного в растяжку, почти совсем так, как говорили со мной его дружки.

Я был готов к этому вопросу. Естественно, говорить всю правду я не собирался. Поэтому я остановился в проходе, и подняв на него безмятежный взгляд, как можно равнодушнее сказал:

-Да твои же приятели и сказали. Тогда еще. Когда приезжали.

-Что они тебе сказали? - немедленно спросил он.

-За что ты сел.

-Ну и?

-Чего? - я прикидывался простачком-дурачком.

-Дальше.

-Вить, ну ты же сам все знаешь, что они мне сказали, чего спрашиваешь? Ну сказали, ну чего ты волнуешься-то? Я ведь никому не собираюсь это говорить. Ну было у тебя.... Ну с кем не бывает, - более идиотской фразы было придумать нельзя. Но я просто старался, чтобы он понял, что во всем том, что с ним происходило тогда, я ничего предрассудительного не вижу. А даже наоборот - отношусь к этому с большой долей любопытства и интереса. Не знаю - удалось мне это или нет, но Витька заметно помягчел, как-то немного расслабился. Но ответить он мне ничего не успел - в дальнем конце конюшни хлопнула дверь. Быстрым шагом вошла Белка. Вошла и замерла на середине, увидев Витьку.

-Да проходи ты, проходи, чего встала, - хмуро бросил он ей. - Не боись, не трону.

Я подошел к ней и взял протянутый сверток.

-Давай, Белка, иди домой. Тут немного осталось - я сам управлюсь.

-Мне переодеться надо, - пискнула она и указала головой на каптерку.

-Ну так иди.

Она еще раз посмотрела на привалившегося к стене Витьку и прошмыгнула в каптерку. В течение пяти минут никто из нас не проронил ни слова. Я закончил кормежку и взялся за сено. Витька не сводил с меня глаз. Выбежала Белка в белой футболке и джинсах.

-Ну я пошла, - неуверенно спросила она.

-Иди, иди, - махнул рукой я.

-А смену кому поставят? - неожиданно обернулась она.

-Да тебе поставят, не волнуйся. Я утром скажу Никодимычу.

-Ну тогда до свидания, - и она не дожидаясь ответа, вышла из отделения.

Мы остались вдвоем с Витькой. Мне еще предстояло задать лошадям сена и подмести пол. После этого на сегодня я был свободен.

-Чего Витька стоишь? - обратился я к нему. - Иди, там на столе стоит самогон. Пей.

-Может, помочь тебе? - неуверенно спросил он.

-Да ну.... Зачем тебе это надо. Ты же в чистом. Да и рука у тебя.... Иди, я через пятнадцать минут закончу.

И действительно - через некоторое время уборка в конюшне была завершена. Я вошел в каптерку. Около стола на лавке сидел Витька в одних штанах. Его рубашка аккуратно висела на плечиках в шкафу. На столе стояла уже початая бутылка и один стакан. Витька поднял голову и мутно посмотрел на меня.

-Кончил? Давай, присоединяйся!

Интересное дело - двадцать минут назад Витька был, если не совсем протрезвевший, но где-то около этого. А сейчас, гляди ж, выпил всего-то полстакана, а развезло его не на шутку.

-Чего рубашку-то снял? - спросил я, усаживаясь рядом с ним.

-Да жарко мне, блин, - пьяно проговорил он, доставая второй стакан. - Давай и ты снимай!

Ну просить дважды такие вещи меня не надо. Я быстро скинул свою армейскую рубашку, хотя, надо отметить, в каптерке были не тропики - обычная температура. Витька же, не таясь, разглядывая мой торс. Потом, хмыкнув своим каким-то мыслям, налил мне чуть ли не полный стакан мутной жидкости. Поморщившись, я медленно выпил его. Витька смотрел на меня.

-Эх, Погон! - он положил свою руку мне на плечо. - Во житуха пошла.... Нигде мне покоя нет. Даже здесь достали, сволочи. А думал - все! Отмучался я.

-Расскажи, Вить, кто они такие, - попросил я, наконец-то справившись с мучавшими меня спазмами.

-Не-е-е, не буду.... - он помолчал. - Да и зачем тебе знать, кто они такие. Достаточно того, что ты обо мне теперь знаешь. - Он неожиданно сильно сдавил мне плечо. - Что, говоришь, тебе это тоже нравится? А? - и он заглянул мне в глаза.

-Это - это что? - я спокойно выдержал его взгляд.

Он отпустил мое плечо и похлопал меня по спине.

-Ладно, не ссы.... - он усмехнулся и налил себе в стакан. - Ну? - и он мутно посмотрел на меня.

-Я ж тебе уже говорил, Витька. Просто интересно.

-Врешь! У тебя не просто интерес.

Разумеется, в мои планы не входило рассказывать о себе всю правду. Умом я понимал, что надо все обставить так, как будто у меня это в первый раз, и все это - просто из-за элементарного интереса. А коли так, то никаких активных действий первому предпринимать ни в коем разе нельзя. Надо ждать инициативы от Витьки. Хотя от его близости по моему телу опять прокатилась теплая волна возбуждения. Казалось, положи ему сейчас руку на коленку, и все! Можно считать, что дело сделано. Но нет! Этого делать я не хотел. Хотя, желание такое возникло. И желание сильное. Но вместо этого я равнодушно пожал плечами, и медленно подбирая слова, ответил:

-Нет, Вить.... Просто я с такими как ты еще ни разу в жизни не общался. А ты столько уже повидал, столько знаешь. Вот скажи, тебе нравится это?

Витька, уже было поднесший стакан ко рту, поставил его на стол.

-Да как это может понравиться, ты в своем уме?

-А другим нравилось?

-Кому?

-Кому ты это делал.

-А откуда ты знаешь, что конкретно я делал?

-Догадываюсь.

-Вот именно, что догадываешься. Ладно.... - он помолчал. - Щас наверну стаканяку и домой. Под бочок к милашке.

Я немного оторопел. Да какая там к черту милашка. Я точно знал, что никакими милашками у Витьки и не пахло. Но домой.... Не, отпускать его не следовало.

-Ты что? Да ты до первого патруля дойдешь. Что, в трезвяке давно не ночевал?

-А где мне спать, здесь что ли?

-Спи здесь.

-А ты?

Ох ты, черт! Ведь невооруженным глазом видно, что он спецом ситуацию провоцирует. Нет, ну каков!

-Ну и я здесь.

-Не поместимся вдвоем.

-Ой, блин, беда-то какая.... Ну на верховую пойду. Там место есть. Делов-то.

"Ладно, - думал я про себя в тот момент. - Ты играешь, я тоже поиграю. Посмотрим кто кого". Но поиграть мне Витька не дал.

-А хрен с тобой. Оставайся здесь. Бочком поместимся. Правда, Погончик? - и он, придвинувшись ко мне, обнял меня за плечо перебинтованной рукой, а здоровой похлопал по животу, да так и оставил ее там. Я, не двигаясь, смотрел в одну точку.

-Чего молчишь? - и Витька провел рукой по животу. Провел уже не грубо, а нежно поглаживая его.

-Нравится? - он придвинулся вплотную ко мне и почти прошептал это слово на ухо.

"Да! Да! - хотелось крикнуть мне, тем более что всю мое естество буквально вопило об этом, стараясь вырваться из тесного плена. - Еще и как нравиться!", - но я, стиснув зубы, молчал, по-прежнему, глядя в противоположный угол. А Витька как бы ненароком провел по вздыбившимся штанам и тут же одернул руку.

-Ложись, - он прошептал это одними губами и переместил руку ко мне на грудь. Как бы нехотя я поднялся и пересел на широкие полати, которые стояли в углу. Соорудили их специально для ночных конюхов не так уж давно по настоятельной моей просьбе. Витька немедленно пересел рядом.

-Ложись, что сидишь.

Я лег.

-Сапоги-то снимай, дурень, - усмехнувшись, проговорил Витька.

Снял и сапоги. Витек, примостившись рядом, опять провел своей здоровой рукой мне по животу. На сей раз, он нигде подолгу не задерживался, а сразу нырнул под пояс штанов. Я порывисто вздохнул и втянул потуже живот. Витька, быстро справившись с замком, отвернул края брюк, и немного повозившись, извлек моего птенца наружу.

-Хм, - усмехнулся чему-то он. - Ну ладно - ты сам этого хотел. - На этих словах он наклонился и аккуратно взял его в рот.

Вот он - долгожданный миг. Тот самый, который я ждал, который я хотел. Но против моего ожидания, Витька делал это как-то вяло и словно нехотя. Как будто отрабатывал какую повинность. Возбуждение, волной накатившее вначале, стало куда-то уходить. Чтобы хоть немного удержать его, я коснулся Витьки и положил руку ему на бедро. Он никак на это не прореагировал, продолжая свои механические движения. Быстро проникнув ему в штаны, я провел рукой по плавкам. Ну и ничего! Ничего там и не было. Я энергично принялся работать рукой. Бесполезно! А Витька, все так же, не меняя позы, продолжал "трудиться" у меня внизу.

-Ну ты чё? - поднял он на мгновение голову.

-А ты? - вопросом на вопрос ответил ему я.

-На меня не смотри, - ответил он и вдруг неожиданно почти целиком заглотил мое сокровище.

Вот это уже было нечто иное. Темп его изменился. Витька энергичней заработал головой, помогая себе здоровой рукой. Я убрал свою руку от Витьки, и максимально откинувшись на полатях, закрыл глаза.....

Оргазм приходил как-то тяжело - то накатывая волной, то медленно отступая. А Витька - тот продолжал "работать", то замедляя, а то сильно убыстряясь. Вот в какой-то момент прибой снова накатил большим валом. Я застонал и прогнулся в пояснице. Витька момент этот просек сразу же и просунув руку под меня со всей, какая у него была сила, прижал меня к себе и остановился. А я уже с протяжным выдохом разряжался в него. Странно. Он не делал никаких попыток отстраниться, а наоборот - словно старался втянуть меня всего в себя.

Я с шумом выдохнул воздух. Витька поднял свою голову. На его лбу блестели крупные капли пота, лицо раскраснелось. Наверное с полминуты он пристально разглядывал меня, шумно дыша. Я сквозь полуприкрытые ресницы смотрел на него.

-Ну? - неожиданно грубо спросил он.

Я открыл глаза и с улыбкой посмотрел на него.

-Чего, Витенька?

-Какой я тебе Витенька, мудило?

Я приподнявшись, оперся на локти. Заныло ушибленное плечо. Против воли я поморщился.

-А кто ты? - я опять улыбнулся.

Он встал с полатей, застегнул себе джинсы и набулькал в стакан самогона. Повернувшись ко мне спиной и задрав голову, большими глотками выпил его. Пока он его пил, поднялся и я и по быстрому застегнувшись, сел на край полатей. Выпив содержимое, Витька закусил большим ломтем хлеба и только после этого повернулся ко мне.

-Пить-то будешь?

Я отрицательно покачал головой.

-А что тогда оделся? Ложись, спать будем.

-А что? Раздеваться надо? - я с усмешкой смотрел на него. Вообще-то на этих полатях мы спали всегда одетыми, так как, разумеется, постельного белья здесь не водилось. Но я усмехнулся по другому поводу: уж больно потешно вел себя Витька. Чего-то хорохорился, старался выглядеть грубым, серьезным. Но выходило у него это довольно-таки натянуто, что немного веселило меня.

-Ну как хочешь, - ответил он. - А я разденусь.

На этих словах он легко расстегнул джинсы и выскользнул из них, оставшись в синих плавках.

-Ну чего сидишь-то? - грубо спросил он. - Двигайся давай.

-Ложись к стенке, - я пододвинулся, пропуская его. Сам же поднявшись, выключил свет и улегся рядом. Как только лег, сразу же натолкнулся на Витькин оттопыренный зад. Усмехнулся про себя - как-то больше к Витьке меня не тянуло. А то, что он остался неудовлетворенный, мне было все равно. Я лег на спину, закинув руки за голову. Витька молчал. Я же размышлял о том, как сегодня все неожиданно получилось. Вообщем-то нет. Не совсем это было и неожиданно. Анализируя свое поведение, я понял тогда, что Витьку мне хотелось. Хотелось всегда. И когда я в прошлый раз давал своему Димке обещание, что к Витьке лезть не буду, уже тогда я кривил душой. Уже тогда я знал, что если представиться удобный случай, Витьку я обязательно разведу. Ну вот и развел. И ничего, кроме пустого удовлетворения, я не испытывал. Нет, я боялся того, что Витька попросит меня сделать ему то же самое. Боялся, потому что делать этого не собирался. Не хотел попадать в зависимость от него. И правильно. Ведь с Витькой я был знаком довольно-таки недавно, и что он за человек, совершенно не знал. А вдруг он передумает увольняться и потом начнет тянуть жилы из меня. Нет! Этого не будет. И вот что странно. Витька даже ни единым словом не обмолвился, чтобы это сделал ему я. А даже наоборот: повернулся ко мне задом и ждет. Ой ли ждет? Хм, странно, а я ведь никакого чувства к нему сейчас не испытываю. И не хочу я его. И не нужен он мне.

(Это сейчас, описывая эти события, спустя без малого девять лет, я понял, откуда зародилось это мое сегодняшнее отношение к натуралам. Отношение победителя к побежденным. Вот оттуда и зародилось. И это чувство - что я, вообщем-то гей чистой воды, сумел раскрутить натурала, чистого натурала, на пассив - это чувство и поныне греет душу. Вот такой я подлец! А по-иному нельзя! Тут как на войне - либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Нет, вообще-то дано, но это уже скорее исключение, подтверждающее правило, и бывает это довольно редко. Вот и Димка, мой давний приятель Димка, человек, всю свою сознательную жизнь, щелкавший натуралов, как орешки, попал под это исключение. И живет он сейчас со своим Сашкой в первопрестольной. И счастливы они безмерно. И рад я за них.... Да что я об этом говорю - в рассказе "Саша + Дима" - это о нем. Ладно. :) Это простое лирическое отступление. Зацепило меня что-то....).

А та ночь закончилась совершенно закономерно. Так, наверное, как вы и думаете! Только случилось это уже под утро, когда Витька действительно спал, а мне уже пришлось вставать и кормить лошадей. Впрочем, встал не только я.... Хотя, описывать это не интересно. Все это произошло настолько буднично и как-то машинально, что особых следов в моей памяти не оставило. Запомнилось лишь то, что вошел я в Витьку совершенно без усилий и стонов с его стороны. Да и он совершенно не упирался, а ждал этого. Еще с вечера. Наверняка!

Как я и думал, Витька не уволился. А ближе к зиме уволился я. Но продолжал по-прежнему дружить с Димкой. От него я и узнал, что Витьку эти бритоголовые продолжали доить. Витька исправно платил им дань. С ипподрома продолжало пропадать сено и овес. Потом он взялся за новую сбрую. И утащил у Никодимыча подарочный экземпляр. Тогда-то его и поймали. Следствие и суд были не долгими. Никого Витька не выдал и никого не сдал. Думаете, из благородства? Из-за элементарной трусости! Видимо, хотел облегчить себе предстоящую участь. Не думаю, что он ее облегчил....

Воды с тех пор много утекло. Витька наверняка вышел. Я иногда продолжаю приходить на ипподром. Никого из "старых" там не осталось. Витька не приходил не разу. Да я и не думаю, что кто-нибудь был бы его рад видеть.

Да и теперь про Витькино прошлое знает любая ипподромская собака. Откуда? А хрен его знает!

Просмотров: 124 | Добавил: dmkirsanof | Теги: Погонщик | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar